Пятнадцать лет общего дела закончились передачей 90% лесного бизнеса бывшей жене

Читать на сайте Bashkiriya-news.ru

После развода Глеб передал бывшей жене 90% уставного капитала компании, которую они создавали полтора десятилетия. Он руководил производством и запускал новые цеха, но важные активы были оформлены на Марину или связанные с ней организации. Один из документов, подписанных Глебом во время налоговых проблем, закрепил за ней и предприятие глубокой переработки древесины.

В 2008 году Глеб работал главным технологом, а Марина приехала на комбинат по делам лесного хозяйства. Их знакомство началось с поломки машины на заснеженной трассе: в мороз ниже ?20 °C они развели костёр и ждали помощи. Вскоре поженились, а затем решили уйти из найма и открыть собственное производство.

Марина отвечала за кредиты, тендеры, документы и сбыт, Глеб — за оборудование, закупки и работу цехов. Они начинали с одной лесопилки, ночевали в вагончике и сами справлялись с поломками станков. Со временем приобрели технику, расширили производство и запустили три линии глубокой переработки древесины. Марина занималась отчётностью и добивалась субсидий, Глеб отбирал лес и ездил на делянки.

Но примерно за три года до развода Глеб понял, что больше не хочет возвращаться домой. Разговоры супругов всё чаще сводились к финансам и планам расширения. Он устал от постоянной гонки, тогда как Марина считала, что остановка угрожает бизнесу. После отказа мужа лететь на выставку она упрекнула его в том, что он перестал мыслить как совладелец.

Позже у Глеба начался роман с 22-летней практиканткой Алёной. Марина узнала об этом благодаря службе безопасности и предложила подписать соглашение о разводе. Глебу оставались личные счета, квартира в городе и старый загородный дом, а компания переходила Марине. Она объяснила это тем, что бизнес юридически оформлен на неё и связанные структуры. Цех, который Глеб считал своим вкладом, принадлежал ООО «Эко-Строй»; Марина стала его учредителем после реструктуризации, которую Глеб подписал, когда возникли проблемы с налоговой.

На встрече у нотариуса он всё же спросил о цехе, но документы подтвердили прежние договорённости. После подписания Глеб лишился привычной работы и доступа к комбинату. Сын и дочь остались с матерью. Он переехал с Алёной в небольшую квартиру, однако начать дело заново не смог: лесное производство больше не казалось ему прежним призванием.

История показывает, как деловое партнёрство супругов может оказаться уязвимым, если фактический вклад одного человека не подкреплён правами на активы. Здесь Глеб много лет отвечал за производство, но ключевые предприятия и доли были оформлены не на него. Где проходит граница между совместным трудом и юридически закреплённым владением — вопрос, который особенно остро встаёт при разводе.

Больше новостей на Bashkiriya-news.ru